Верные навсегда. Памятник князю Долгорукову, генералу Татищеву, матросу Нагорному и боцманмату Седневу

Резная мраморная стела встречает всех, кто входит в наш монастырь. На ней – двое бравых военных с эполетами и двое молодых людей в морской форме. Кто эти люди? Это верные подданные святого Царя-страстотерпца Николая II – князь Василий Долгоруков, генерал-лейтенант Илья Татищев, матрос Климентий Нагорный и боцманмат Иван Седнев. Верные, благородные, любящие, они остались с Царской семьей до конца и летом 1918 года были убиты большевиками. Все четверо похоронены на кладбище нашего монастыря. В память об их подвиге в обители была установлена стела, над которой три года трудились сестры и талантливые мастера-камнерезы.

История подвига

В 1917 году эти четверо царских подданных, вместе с другими верными членами свиты, добровольно поехали с Царем и его семьей в Тобольск, а затем в Екатеринбург. В Екатеринбурге они были отделены от Царской семьи и отправлены в тюрьмы, а вскоре убиты. Генерала Татищева и князя Долгорукова расстреляли 10 июня 1918 года в лесу за Ивановским кладбищем и бросили там без погребения. Вскоре их тела были найдены, и сестры нашего монастыря похоронили их на монастырском кладбище. Матрос Нагорный и боцманмат Седнев были убиты 28 июня того же года вместе с другими заключенными в поле за городом. Их тела пролежали в канаве больше месяца, затем были найдены белыми, которые организовали торжественное погребение всех погибших. По свидетельству современников, «особое внимание привлекали два гроба. Они были усыпаны цветами более чем другие»: это были гробы матроса Нагорного и боцманмата Седнева. Оба они были похоронены на монастырском кладбище.

В советское время кладбище монастыря было стерто с лица земли. Сейчас некрополь постепенно восстанавливается. Место погребения четверых верных Царских подданных, к сожалению, пока не найдено. Но чтобы достойно почтить их память, решено было установить каменную стелу с изображениями всех четверых.

История памятника

Эскизы для памятника подготовили сестры, несущие послушание в иконописной мастерской. Для того чтобы выполнить все изображения с исторической точностью, сестры выясняли по архивным документам и фотографиям, какую форму носили князь В. А. Долгоруков, И. Л. Татищев, К. Г. Нагорный и И. Д. Седнев, какие звания и награды они имели. Чтобы изобразить все правильно, сестры советовались с историками, со специалистами по истории русского мундира.

- Это оказалась очень большая работа, – рассказывают сестры-иконописцы. – В военной форме много разных особенностей, и все их нужно было учесть, чтобы не допустить какой-нибудь грубой ошибки. Памятник верным Царским подданным должен быть безупречным.

Например, князя Долгорукова и генерала Татищева нельзя было изображать без шашки, поскольку в императорской армии это была обязательная часть парадной формы. Царский офицер без шашки – это нонсенс. При этом нам нужно было точно узнать, как эта шашка выглядела.

Что касается наград, здесь тоже пришлось все выяснять до мелочей. Например, через какое плечо должна быть перекинута орденская лента? Ленты к одним орденам надевались через правое плечо, а к другим – через левое. Интересна еще такая деталь: после начала Первой мировой войны в Российской армии было запрещено ношение немецких орденов. А генерал Татищев до войны был представителем русского Императора в Германии, и, конечно, немецких наград у него было много. У нас есть его довоенная фотография хорошего качества, на которую мы и ориентировалась. Пришлось выяснять, какие награды на ней – немецкие, чтобы их уже не изображать.

Что касается князя Долгорукова, трудность была в том, что его фотографий в полной парадной форме не сохранилось: он, видимо, вообще редко ее надевал. Нам пришлось полностью восстанавливать внешний вид его формы по другим источникам. И вот такой работы было очень-очень много.

При этом, чтобы показать высоту подвига Царских подданных, которые, по сути, приняли мученическую смерть, сестры дополнили изображения деталями, свойственными иконам: в руках у Царских подданных кресты, а на плечах развевающиеся плащи – так принято изображать на иконах мучеников. А генерал Илья Татищев изображен с Евангелием, которое он знал наизусть.

Как рисунок воплощается в камне

Когда эскизы были готовы, за дело взялись скульпторы. Сначала нужно было изготовить модели из пластилина – эта работа требует особого таланта. Чтобы «превратить» рисунок в объемную фигуру, скульптор постоянно сверяется с фотографиями.

По модели из пластилина изготавливается точная гипсовая копия. А уже с гипсовой модели резчики по камню копируют изображение.

Талантливые мастера санкт-петербургской мастерской Михаила Парфентьева тщательно работали над каждой деталью четырехметровой стелы с рельефными изображениями Царских подданных.

Работа над памятником продолжалась около трех лет. Наконец, в 2022 году памятник был установлен, и митрополит Екатеринбургский и Верхотурский Евгений совершил его торжественное освящение. И сейчас каждый может узнать об их подвиге, помянуть верных до смерти князя Василия, воинов Илию, Климентия и Иоанна, а может быть, и попросить их о помощи… А они сейчас вместе с Царской семьей предстоят Престолу Божию и молятся о всех нас.

Князь Василий Александрович Долгоруков поступил на службу в свиту Государя Императора Николая II в 1896 году и служил Государю до самой мученической кончины обоих. Князя Долгорукова отличали самоотверженность, честность и благородство, открытость и простота в общении. После низложения Императора в марте 1917 года князь Василий Долгоруков стал единственным из всех членов свиты, находившихся в Ставке, кто добровольно последовал за Государем под арест. В те дни, переживая за Царя, он повторял: «Не нужно преследовать своих личных интересов, а беречь его интересы». Во время пребывания Царской семьи под арестом Василий Александрович постоянно находился рядом с Царем, разделяя с ним всю горечь уничижений, которые терпел Государь. Василий Долгоруков сопровождал Августейших узников и в Тобольск, стараясь и там всячески облегчать их жизнь. Он заботился о хозяйстве семьи, об условиях проживания и оплате служащих, пытался найти денежные средства и, как мог, развлекал Царских детей, чтобы им легче было переносить тяготы заключения. В Тобольской ссылке стала гораздо глубже вера Василия Александровича: «Будем верить, что один Бог хранит нас, и не будем забывать о Нем…» — писал он матери. В апреле 1918 года вместе с Государем, Государыней и великой княжной Марией Николаевной князь Василий Долгоруков прибыл в Екатеринбург. Здесь князь был сразу же арестован и заключен в арестный дом. Но и там, испытывая ужасные страдания от болезней, Василий Александрович не оставлял попыток помочь Царской семье. 28 мая / 10 июня 1918 года вместе с генералом Ильей Татищевым князь Василий Александрович Долгоруков был расстрелян большевиками на окраине Екатеринбурга. Тела их впоследствии были найдены и погребены сестрами нашего монастыря.

«Благородный, идеально честный», «человек трогательной доброты» — так отзывались современники о генерале Илье Леонидовиче Татищеве, много лет служившем адъютантом у членов Царского дома, представителем Государя при германском Императоре Вильгельме II. С самого начала военной службы Илья Леонидович всегда носил при себе четыре крохотных книжечки — это было Евангелие. Он так любил Евангелие и так много читал его, что вскоре выучил наизусть. После февральской революции, среди общей трусости и неверности генерал Татищев сразу согласился последовать за Царской семьей в ссылку в Тобольск. «Кому позволила бы совесть отказать Государю в такую тяжелую минуту! Было бы нечеловечески черной неблагодарностью за все благодеяния идеально доброго Государя даже думать над таким предложением, нужно было считать его за счастье,» — рассуждал он. В Тобольске генерал Татищев неизменно сохранял свое мирное устроение и бодрость, а его безграничная любовь трогала самых ожесточенных людей — даже командир отряда красногвардейцев, охранявших Царскую семью, относился к нему с почтением. Когда Император был отправлен в Екатеринбург, Илья Татищев в отличие от многих ясно понимал, что приближается конец, и ждал этого без страха. Он говорил: «Я приехал сюда, зная, что мне не удастся спастись. Все, что я прошу, это чтобы мне разрешили умереть с моим Императором». Прибыв с Царскими детьми в Екатеринбург, генерал Татищев был заключен в арестный дом. Там ему разрешили покупать продовольствие, но он предпочел довольствовался скудным пайком, чем использовать для себя деньги Царской семьи, которые у него были. 28 мая / 10 июня 1918 года стало последним днем жизни генерала Татищева. Вместе с князем Долгоруковым он был без суда и следствия расстрелян на окраине Екатеринбурга в лесу возле Ивановского кладбища. Тела были брошены на месте убийства; их нашли через некоторое время. Останки были погребены сестрами нашего монастыря на монастырском кладбище.

Климентий Нагорный родился в 1887 году в семье рядового Российской армии, родители воспитывали его в благочестии и любви к Церкви, к богослужению. С детства он пел на клиросе. Когда Климентий служил матросом на яхте Августейшей семьи «Штандарт», в числе других, его назначили дядькой к царским дочерям, а в 1913 он был приставлен к тяжелобольному цесаревичу Алексею. С тех пор как он поступил на службу к Царской семье, он уже больше никогда не жил для себя, но все свои силы и любовь отдавал больному Цесаревичу. После событий 1917 года Климентий остался верным Царской семье. Невзирая на ненависть бывших сослуживцев, угрожавших ему смертью, Нагорный мужественно заявлял: “Своего Цесаревича я никогда не покину!”. В августе 1917 года Климентий, один из немногих, добровольно последовал за Царской семьей в ссылку в Тобольск, а потом и в Екатеринбург. Находясь в Ипатьевском доме, Нагорный проводил ночи без сна, ухаживая за больным Цесаревичем. Днем 14/27 мая Климентий Нагорный и лакей Иван Седнев были отправлены в арестный дом. Через месяц они были убиты на окраине Екатеринбурга. Из воспоминаний известно, что, идя к месту казни, Климентий ободрял других «смертников». Так, и в смерти он остался истинным христианином, в последние минуты жизни оказывая милость ближним.

Иван Седнев родился в 1881 году в крестьянской семье в Ярославской губернии, служил в Гвардейском экипаже на Императорских яхтах «Полярная Звезда» и «Штандарт». Видя его усердие и добросовестность, Царская семья предложила ему продолжить службу в качестве лакея при Высочайшем Дворе. Иван Седнев исполнял свое служение не за страх, а за совесть, делая все от души, как для Господа (Кол. 3, 23–24), за что он был очень любим Царской семьей. Государыня Александра Феодоровна была крестной матерью его старшей дочери Ольги, а великая княжна Ольга Николаевна – крестной матерью его сына Димитрия. С началом Февральской революции боцманмат Седнев был уволен новой властью в бессрочный отпуск. Однако он предпочел остаться с Царской семьей под арестом в Александровском дворце, а потом последовать за ними в ссылку, отослав жену и малолетних детей в родную Ярославскую губернию. Иван Седнев стал одним из тех, кто своей верностью утешал Царскую семью в Тобольске и в Екатеринбурге. В Ипатьевском доме Иван Седнев вместе с Климентием Нагорным не позволили охранникам забрать у Цесаревича цепочку с образками. За это двух верных слуг отправили в тюрьму. 15/28 июня 1918 года Иван Седнев вместе с Климентием Нагорным и несколькими заложниками приняли мученическую кончину от рук большевиков недалеко от Екатеринбурга. Оба они были погребены на кладбище нашего монастыря.